Этот пост стоит по праву считать детским и делать соответствующую скидку.

О переводчиках и о мате

Пока депрессия и пятница, выскажусь по этой теме последний раз (или предпоследний раз, если считать одну давно зреющую статью... но там важнее будут другие вещи), чтобы дальше на стандартные вопросы спокойно отвечать ссылкой. Как, например, в отношении прав и свобод посетителей сайта.

Что грустно, ниже представлены прописные истины в виде мегаупрощённых моделек с мегаупрощённой терминологией. Для знающих людей там не будет ничего нового и уникального. Одни, простите ради бога, примитивизированные банальности.

Важно: в посте есть несколько неприличных слов.

Йо, нигеры, вы ддо фига мультов палите в натттуре.
Неизвестный Веб-переводчик

Очередная "псевдонаучная" статья с кучей "умных" слов
и претензией на интеллектуальный подход к переводу.
Он же


Тут по идее должны быть вводные слова о том, что время идёт, а гоблинисты и гоблинята свирепствуют; что с какого-то перепугу сограждане решили, будто бы перевод — это легко и любому школьнику по силам; что о переводе можно узнать и понять всё, пролистав пару раскрученных блогов, отсмотрев три фильма с субтитрами и год протрещав в форумах с пацанами из собственного лагеря и лагерей-противников. Но разок позволю себе нарушить собственные композиционные принципы, ибо ду́шу больно.

С места в карьер: рассмотрим разницу переводчика, не потерянного для мира, (того, из которого ещё может что-то вырасти либо уже выросло) и рядового переводчика из рунета (веб-переводчика). Разумеется, говорим о художественных переводах художественных текстов — прежде всего диалогов в фильмах, как требует заявленная тема. Точнее даже, говорим о переводе отдельно взятой реплики или фразы в диалоге.

Не потерянный для мира переводчик начинает с расстановки приоритетов для всевозможных характеристик предложения. То есть в отношении каждой фразы оригинала анализирует, что важнее чего в следующем списке:

а) вкладываемый смысл (точная передаваемая информация);

б) комические и/или трагические факторы (характеристика требуемой реакции наблюдателя/зрителя/читателя);

в) характер употребляемой лексики и/или стиль (характеристика персонажа);

г) настроение и/или эмоция (характеристика состояния персонажа);

д) отношение пунктов в) и г) к контексту;

е) особые свойства (всё прочее, что связано строго с локальным и глобальным контекстом — от соседних фраз до культурного бэкграунда автора).

Важно отметить. По большому счёту, пункт д) включается в пункт е). Отдельной строкой я его вынес исключительно для наглядности. Пункт б) я с той же целью сузил до двух базовых значений.

И затем не потерянный для мира переводчик, начиная от самого важного, по его мнению, пункта, наделяет русскую фразу всеми необходимыми чертами в порядке убывания их (черт) приоритетности. Следит за тем, чтобы реплика была в первую очередь смешной (б), во вторую очередь сообщала зрителю о том, что произошло «за кадром» (а), и напоминала нам, что персонаж — почётный член научного сообщества (в). Или за тем, чтобы реплика рассказала собеседнику персонажа (а также нам) о текущем состоянии мира за окном (а), показала, как сильно в этом мире изменились люди (в, д), и, быть может, увлажнила нам ресницы (б). Но строго в таком порядке — без раздувания малозначимых пунктов в ущерб первостепенным.

Мало того, при едва ли не повсеместной обязательности пунктов а) и б), очень часто пункт д) позволяет полностью пренебречь пунктами в) и г), если их приоритетность тому не противоречит. Это сложно (зато смешно), так что переведу с математического на русский: смысл и комедийность/трагедийность в абсолютном большинстве случаев неотъемлемы от фразы, в то время как характер персонажа и его текущее настроение часто не требуют дополнительного выражения, поскольку понятны из контекста. Характер персонажа (он в плане языка выражается лексикой и прочими составляющими стиля речи) определяется общим контекстом — к моменту произнесения реплики в большинстве случаев уже ясно, любит ли персонаж козырнуть умным словцом или поддеть кого-то жаргонизмом. Настроение персонажа определяется контекстом в самом узком его значении.

Оценить приоритетность оценить, как правило, не составляет труда. Нужно следить за реакцией и ответами собеседников произносящего — они (это попросту логическая тавтология) реагируют и отвечают на то, что во фразе представляет наибольшую важность для переводчика. Нужно учитывать, какой реакции автор текста/диалога ждёт от наблюдателя/зрителя/читателя. Нужно держать в голове весь переводимый текст (как до этой реплики, так и после). И просто не стесняться думать головой. Сплошь банальности.

Важно отметить. Здесь я не говорю о всевозможных адаптациях, когда перед переводчиком, в частности, стоит цель расширить, сузить или сместить «целевую аудиторию», как то: вычищенные от неприличностей телепереводы сериалов или «заходеровские» алисы-виннипухи. Но и там всё приблизительно так же, разве что по-другому вычисляется вес вышеприведённых пунктов и иным образом передаются относящиеся к ним моменты.

Ввиду заявленной названием поста темы необходимо обратить внимание на то, что из пункта «в) характер употребляемой лексики и/или стиль» никоим образом не выносится фактор наличия или отсутствия ненормативной лексики во фразе. Ненормативная лексика — лишь узенькая область в широком спектре стилистических элементов и приёмов. Если хотите, несколько тёмно-серых оттеночков в невероятно многокрасочной палитре языкового художника.

В сети же мы чаще всего наблюдаем такой набор рассматриваемых характеристик предложения:

0*) наличие или отсутствие обсценного слова (этот пункт наделяется наивысшим приоритетом);

1) дословный смысл (причём слова, которыми произносится фраза, наделяются куда бо́льшим приоритетом, чем смысл).

Соответственно, в тексте остаётся «подстрочник» с впихнутым в него матерным словом. А впихивается матерное слово так. Если какое-то из слов «подстрочника» имеет хотя бы отдалённый известный веб-переводчику матерный синоним, веб-переводчик радостно за него хватается: хорошо превращается в охуенно, охуительно и пиздато; большой и сильный превращаются в невъебенный и (снова) охуительный; вещь, существо и дело превращаются в хуйня. Если слово fucking в оригинале стоит перед именем существительным, то предмет, им обозначаемый, моментально переходит в статус ёбаного. И, наконец, если ни тот ни другой номер не проходит, у творца остаётся единственный вариант: одну из запятых или даже один из пробелов в предложении заменить на бля, а точку — на на хуй.

(Слово «подстрочник» в предыдущем абзаце я заключил в кавычки, поскольку даже дословный смысл нередко ускользает от автора «перевода», но это так, сатирический комментарий.)

Бывает, что вдохновение для бранной замены веб-переводчик черпает прямо из оригинала. Так smartass становится хитрожопым: ведь важно, чтобы получилось слово с двумя корнями, один из которых — обязательно жоп. А to fuck (someone’s) brains out обращается в ебать [кому-то] мозги. Что симптоматично, даже в этих примерах отражается подход с пунктами 0*) и 1), хотя эти примеры и предложениями-то не являются.

Кто, простите, попродвинутей — умудряются находить во фразе не только «матерные», но ещё и «сленговые» выражения. Что не меняет сути: среднестатистический веб-переводчик собакой павлова или, скорее, роботизированным тараканом бинарно оценивает одну-две характеристики и, сообразно оценке, принимает элементарное решение.

Забавно отметить. «Сленг» в перевод впихивается ровно теми же способами, только вместо бля берётся типа, а вместо на хуй берётся в натуре. См. эпиграф.

В итоге работа веб-переводчика превращается в строительство российского забора по старому анекдоту: переводчик прежде рисует слово ХУЙ на месте фака и только потом прибивает к нему «забор» из приблизительных лексических значений остальных слов.

А теперь, ребятки, марш из форумов — читать умные книги. (На месте словосочетания «умные книги» однажды появится ссылка на пост с обязательной к ознакомлению литературой.)

RSS комментариев TrackBack 3 комм.

Откомментрировать